В своей жизни человек нередко сталкивается с ситуациями, в которых он испытывает страх. Склонность к возникновению страхов – типичная особенность психогенных заболеваний и других форм патологии в детском возрасте. В определённые моменты страх может переходить в панику.

Выделены самостоятельные клинические формы, при которых тяжёлые приступы тяжёлой тревоги (паники) не ограничиваются определённой ситуацией или конкретными обстоятельствами и поэтому непредсказуемы.

Ещё в конце Х1Х века «тревожные атаки» (anxiety attack) описал Зигмунд Фрейд. При них тревога возникала внезапно, не была спровоцирована какими-либо идеями и сопровождалась нарушениями дыхания, сердечной деятельности и других телесных функций. Фрейд описывал такие состояния в рамках «невроза тревоги» или «невроза беспокойства».

Термин «панические атаки» в качестве отдельной клинической единицы существует в зарубежной литературе с 1980 года. У врачей-неврологов он больше фигурирует под маской вегетативно-сосудистого криза. Панические атаки обычно возникают у людей в возрасте 20-40 лет, однако сейчас описываются у детей в возрасте 10-15 лет. В целом их распространённость в популяции достигает 3 %, причём лица женского пола страдают в 2 раза чаще (Von Kroff G., 1985; Katon W., 1986).

Причинными факторами возникновения панических атак  могут быть как шоковые и субшоковые психические травмы, вызывающие острый испуг, так и затяжные психотравмирующие ситуации (у детей это длительная разлука с близкими, тяжёлая болезнь родителей и др.).

В этиологии немалая роль принадлежит также некоторым факторам внутренних и внешних условий. В числе внутренних факторов особое значение имеют тревожно-мнительные черты характера и проявления психической незрелости в виде повышенной впечатлительности и внушаемости. Определённую роль играет, по-видимому, и рецессивно-генетическая передача: у родителей достоверно повышен процент тревожно-депресcивных расстройств.

Основным способствующим паническим атакам фактором внешних условий является неправильное воспитание типа потворствующей гиперпротекции с тревожными опасениями родителей по поводу здоровья ребёнка.

Огромное значение для клинической реализации панических атак имеет нарушение вегетативной регуляции при обусловленности конституциональными особенностями организма, а может быть и результатом натальных и постнатальных травм, нейроинфекций, интоксикаций.

Панические атаки могут бывают:

  • спонтанными;
  • спровоцированными.

Факторы, провоцирующие криз, можно условно разделить на психогенные, физиогенные и биологические. Среди психогенных факторов следует выделить кульминации конфликтов и острые реакции на стресс. К физиогенным относятся чрезмерные физические нагрузки, инсоляция (другие виды перегрева), переохлаждение, интоксикации, метеотропные факторы. Биологические факторы включают в себя менструации, начало половой жизни, беременность, аборты, приём контрацептивных средств.

Для клинической картины заболевания характерна приступообразность состояний паники. Приступ, продолжающийся от 10-15 минут до нескольких часов, наряду со сверхценными страхами, тревогой и сенсопатиями включает более или менее длительное двигательное беспокойство и различные соматоневрологические расстройства: сердцебиение, потливость, затруднённое дыхание, неприятные ощущения в области сердца, дрожь.

Старшие дети и подростки во время приступа крайне ипохондричны, «прислушиваются» к телесным ощущениям, часто жалуются на остановку сердца, ощущение недостатка воздуха, затруднённое глотание, высказывают опасения или уверенность в наличии тяжёлого заболевания, неминуемой смерти, требуют немедленно вызвать врача. Тревожные опасения болезни или смерти могут распространятся и на близких.

На высоте панического приступа дети и подростки целиком охвачены страхом с трудом поддаются разубеждению, не верят в возможность выздоровления, ажитированы, испытывают тягостные телесные ощущения. При этом имеют место разнообразные вегетативные расстройства с преобладанием симпато-адреналовой симптоматики:

  • озноб;
  • дрожь;
  • учащённое сердцебиение;
  • повышение артериального давления;
  • сухость во рту;
  • бледность, а затем гиперемия кожных покровов с повышенной потливостью и одышкой.

Приступ может завершиться повышенным мочеотделением. У подростков (чаще у девочек) приступы страха нередко сопровождаются психосенсорными нарушениями (больше как нарушение схемы тела), а также явлениями деперсонализации и дереализации. Без коррекции и лечения панические атаки переходят в более стойкие сенестопатические ипохондрические состояния.

В зависимости от временного фактора панические атаки могут носить характер пароксизмов или кризов. В первом случае — это сравнительно кратковременные (до 10-15 минут) нарушения с недомоганием, головной и лицевой болью, чувством дурноты, болью и чувством «замирания» в области сердца, бледностью или гиперемией лица, тошнотой, потливостью, учащением или замедлением сердечных сокращений, нарушением дыхания, головокружением, мышечной слабостью, «внутренней дрожью», учащёнными позывами к мочеиспусканию.

Кризы отличаются более длительным и глубоким расстройством гомеостаза с обязательным включением лимбико-ретикулярных структур. Вегетативно-висцеральные нарушения становятся более длительными и могут выступать в самых различных вариациях с обязательным присоединением эмоционально-аффективных расстройств.

При протекании кризов с преимущественно вегетативно-висцеральной симптоматикой могут встречаться самые различные комбинации симптомов со стороны сердечно-сосудистой и дыхательной систем, а также — желудочно-кишечного тракта. Особенно ярко проявляются эти изменения у подростков при нередко встречающихся так называемых гипервентиляционных кризах. Ведущим ядром их является триада симптомов: усиленное дыхание, тетания и парестезии. Одновременно отмечается озноб, потливость, волны жара или холода и преходящая общемозговая и очаговая неврологическая симптоматика, очень часто к ней присоединяются сенестопатии. Подобные варианты кризов получили название конверсионных.

Обилие симптомов делает порой чрезвычайно затруднительной дифференциальную диагностику панических атак и некоторых форм височной эпилепсии, а также истериоформных расстройств.

При преобладании в кризах эмоционально-аффективных расстройств последние чаще представлены фобическими пароксизмами. В этом случае ведущим клиническим проявлением становится страх. У детей это страх темноты, одиночества, отрыва от матери, больницы; у подростков – страх открытых пространств, высоты, большого количества людей, катастрофы, падения, возможности «сойти с ума», заболеть неизлечимым заболеванием. В связи с этим могут предприниматься защитные формы поведения: не выходят на улицу, постоянно моют руки, требуют присутствия рядом родственников. В последующем страх перестаёт быть конкретным и проявляется общей тревогой, напряжённостью, немотивированной агрессией. К сожалению, такие приступы имеют и более отдалённые последствия, так как становятся фоном для формирования психопатологических черт характера, поскольку в динамике имеют тенденцию полностью не купироваться в межприступном периоде.

Таким образом, критерии, необходимые для диагностики панических атак, следующие:

  1. пароксизмальность;
  2. полисистемные вегетативные симптомы;
  3. эмоционально-аффективные расстройства, выраженность которых может колебаться от «ощущения дискомфорта» до «паники».

При наличии трудности в разубеждении и неверия в выздоровление дети и подростки в то же время отличаются повышенноё внушаемостью в отношении своего здоровья и стремятся быть поближе к медперсоналу, в присутствии которого чувствуют себя спокойнее.

После окончания приступа появляется частичное критическое отношение к присутствовавшим во время атаки мыслям и опасениям. Характерно, что сознание чуждости, болезненности страхов и активное стремление к их преодолению не только в период приступа, но и вне его, отсутствуют в отличие от больных с навязчивостями.

Межкризовый период при панических атаках очень разнообразен — от полного отсутствия каких-либо нарушений до выраженных психовегетативных расстройств. Описываются в литературе генерализованная тревога, тревожное ожидание приступа с формированием на этом фоне избегательного или ограничительного поведения в крайнем своём выражении — депрессии. Тревожный синдром у детей в известной степени маскируется нарушениями сна (трудности засыпания и беспокойный сон, не дающий отдыха), мышечное напряжение, дрожь, постоянное беспокойство о своём будущем, суетливость.

Может встречаться и преимущественно астенодепрессивная симптоматика с соответствующими изменениями поведения и социальными проблемами. Даже неглубокая депрессия снижает социальную активность детей и подростков: ограничение контактов со сверстниками, снижение успеваемости и обычных интересов, отказ от увлечений, сужение круга интересов на состоянии здоровья и симптомах болезни, которые подростки могут ипохондрически разрабатывать и ещё больше погружаться в болезнь (здесь возможны мысли о смерти и самоубийстве).

Нередки в межкризовый период и истерические расстройства с типичными для них соматическими и поведенческими демонстрациями: болевые синдромы, преходящие функциональные неврологические расстройства (псевдопарезы, астазии-абазии, мутизм, амавроз, афония, припадки).

Весьма характерны в межкризовый период и разнообразные вегетативные симптомы в различных соматических сферах (в том числе и терморегуляторной), а также в системах потоотделения, сосудистой регуляции, мышечной и вестибулярной.

Лечение панических атак  у детей и подростков представляет собой сложную задачу и должно быть патогенетическим. Вполне оправдано назначение комбинаций симпато- и холинолитиков, ганглиоблокаторов, нейролептиков, транквилизатров, сосудистых, десенсибилизирующих и ноотропных средств.

При этом помощь больным с паническими атаками  в ряде случаев может носить ургентный характер. Надо отметить, что купирование отдельных панических атак  с помощью типичных бензодиазепинов не приводит к излечению больного, зато способствует прогрессированию и хронизации болезни.

В предупреждении повторного возникновения панических атак, как убедительно показали многочисленные исследования с использованием двойного слепого плацебо-контроля, наиболее эффективными являются две группы препаратов: антидепрессанты и атипичные бензодиазепины (клоназепам и альпрозалам).

Не следует забывать и о психотерапии (особенно при купировании психовегетативного синдрома с преобладанием астено-депрессивной, ипохондрической, обсессивно-фобической или истерической симптоматики), которая в современных условиях при интегративном её применении является крайне необходимой и может быть весьма эффективной.

В межприступном периоде с психотерапией перспективно комбинировать физиотерапию (с учётом её индивидуальной переносимости, особенно при назначении процедур на область головы и шеи). Здесь же патогенетически обоснованно применение сосудорасширяющих препаратов, венотоников, витаминов группы В, лёгких мочегонных средств.

Лечение должно проводится строго индивидуально с учётом этиологии, клиники, возраста больного, а нередко и чисто психологических и социальных факторов.

semeyniy-vrach